Svyat
Продвигающийся
Вне Форума
Сообщений: 43
|
СМЕРТНАЯ КАЗНЬ В СССР В 1937-1938 ГОДЫ
Советская внутренняя политика 1937-1938 годов является неиссякаемым источником для производства и культивирования разного рода домыслов, мифов и исторических образов. В массовом сознании прочно закрепился образ 30-х годов как периода массовых репрессий, а 1937-1938 годов - как времени разгула невиданного, чудовищного террора. Основанный на реальных событиях того времени, этот образ является грандиозным идеологическим шедевром, обслуживающим интересы различных социальных (скорее, антисоциальных) групп. Как писал известный российский политолог С.Г.Кара-Мурза, "сам образ репрессий - настолько важный инструмент политики, что все средства создания или изменения этого образа охраняются жесткой, хотя и не всегда явной цензурой". Образ массовых репрессий важен не сам по себе, он является фундаментом, на котором строятся другие, еще более значимые для идеологии образы - образ зверского тоталитаризма (вариант - фашизма, коммунизма, социализма), образ "демократии", как лучшего общественного строя, образ зловещих личностей в истории и т.д. В определенных случаях эти образы в нужный момент всплывают в массовом сознании и образуют своего рода намордник, который позволяет держать в узде направленность социального развития, сдерживать недовольство в обществе по поводу деятельности государственной власти, наконец, просто "пугать" нейтрально настроенные массы.
Наличие положительных аспектов даже таких гипертрофированных образов не вызывает сомнения, но позитивный эффект довольно часто перекрывается их использованием в манипулятивных, ложнопопулистских и политических целях.
СССР образ тоталитарного террора посетил только в 1980-е годы: в сознание людей громко стучались то ли 20, то ли 120 миллионов расстрелянных, десятки миллионов узников ГУЛага, десятки выселенных народов и прочие жертвы "сталинщины", "ежовщины" и прочей "...щины". Изданная миллионными тиражами соответствующая литература и массовая пропаганда в СМИ сформировали в народной памяти и в сознании современного поколения новые, "правильные" представления о той эпохе. Сегодня особенно интересно ретроспективно проследить, как соревновались различные деятели, потрясая "архивными открытиями" и собственными "свидетельствами", в том, кто назовет большее число репрессированных Советской властью. Число якобы расстрелянных приближалось к численности всего взрослого населения СССР в конце 30-х годов (видимо, в живых тогда оставался один Сталин), число заключенных ГУЛага варьировалось от двух десятков миллионов до половины населения страны и т.д. Несколько запоздавшая более реалистичная информация ничего не могла поделать с этой вакханалией: во-первых, она не слишком широко распространялась, во-вторых, усвоенное в результате промывки мозгов уже не поддавалось рациональному осмыслению.
Ключевую роль в образе массовых репрессий играет "1937 год". 1937 год, конечно, обобщенное и символичное понятие, но фактически речь идет не о промежутке 1934-1939 гг., как многие считают, а о времени между августом 1937 и сентябрем-октябрем 1938 года. Кроме этого, необходимо учитывать, что понятия "1937 год" и "массовые репрессии 1937-1938 гг." соотносятся как общее и частное: в "1937 год" помимо собственно массовых репрессий входят также крупные политические процессы, процесс по заговору военных, текущая работа судов, военных трибуналов и Особого Совещания (ОСО) и радикальная чистка партийного и государственного аппарата.
Данная статья не ставит целью исследование причин и обоснованности советской репрессивной политики, а затрагивает только аспект, связанный с применением смертной казни в 1937-1938 гг.
Что мы знаем о количестве расстрелянных и репрессированных в 1937 и 1938 гг.? Не так уж много, несмотря на обилие соответствующей литературы. До сегодняшнего дня, по сути, единственным источником является справка еще 1953 года. Она называется "Справка спецотдела МВД СССР о количестве арестованных и осужденных органами ВЧК-ОГПУ-НКВД СССР в 1921-1953 гг." и датируется 11 декабря 1953 г.1 Справка подписана и.о. начальника 1 спецотдела полковником Павловым (1-й спецотдел был учетно-архивным отделом МВД). Вот раздел этой Справки, посвященный 1937-1938 гг.:
По делам органов НКВД за 1937-1938 годы
Годы 1937 1938 Итого
Всего арестовано 936750 638509 1575259
Эти цифры можно считать вполне достоверными. Их используют и серьезные ученые, и активисты-"мемориальцы" и даже А.Н.Яковлев сотоварищи. Итак, в 1937-м к расстрелу приговорены 353074 человека, в 1938 - 328618 (около ста тысяч приговоренных к ВМН приходится на все остальные годы с 1918 по 1953, из них абсолютное большинство на военные годы).
В Справке, видимо, учтены случаи осуждения за все преступления, включая общеуголовные, а также дана статистика по всем юрисдикционным органам (судам, тройкам и пр.).
Попробуем проследить, как получаются эти итоговые цифры, упомянутые в справке. Абсолютное большинство из всех приговоров к расстрелу выносились тройками и не упомянутыми в Справке "двойками" (по всей видимости они входят в ту же графу), которые были созданы в 1937 году специально для проведения массовой операции в масштабах всей страны. 1-й спецотдел МВД, тогдашний 8-й отдел ГУГБ, как раз вел учетную работу по операции. На массовой операции можно остановиться подробно.
Описание операции
Вся массовая операция осуществлялась по двум главным направлениям: во-первых, это удар по антисоветским элементам, ведущим преступную и подрывную деятельность, в том числе и уголовникам - так называемая "кулацкая" операция. Во-вторых, это удар по национальным контингентам - "национальная" операция. Таким образом, "кулацкая" и "национальная" линии являются разными направлениями проводившейся в 1937-1938 годах единой политики активного противодействия антисоветской деятельности. Точкой начала отсчета операции является 2 июля 1937 г., когда Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение о необходимости произвести учет враждебного контингента и принять меры к его ликвидации и нейтрализации. Пока велись последние приготовления к проведению широкомасштабной операции по всей стране, 29 июля 1937 г. на основании решения Политбюро от 20 июля и приказа НКВД №00439 от 25 июля была начата "немецкая" репрессивная линия в рамках "национального" направления операции. И уже 30 июля 1937 содержание основного направления операции было зафиксировано в оперативном приказе наркома внутренних дел, утвержденного Политбюро ЦК ВКП(б) 31 июля того же года и получившего номер 004472. Приказ определял круг лиц подлежащих репрессированию по двум категориям: по первой - путем расстрела, и по второй - путем заключения в ИТЛ на срок 8-10 лет, а в особых случаях в тюрьму на тот же срок. Каждой республике и области (всего 64 региона) были определены так называемые лимиты репрессирования: примерное количество лиц каждой категории. Эти лимиты не были взяты с потолка, а основывались на представленных НКВД предварительных подсчетах. Всего предусматривалось репрессирование 268950 человек, из них 75950 - по первой категории. Допускалось уменьшение лимитов и перевод из одной категории в другую.
Операция начиналась с 5-го, а в некоторых регионах с 10-го и 15-го августа 1937, и подлежала завершению в четырехмесячный срок, т.е. до 5-15 декабря 1937 г.
После начала основной фазы операции к "немецкой" линии репрессирования национальных контрреволюционных контингентов добавились "польская" и "харбинская" линии.
Порядок производства и рассмотрения дел существенно различались в зависимости от направления операции: если по приказу №00447 все было расписано от и до, начиная от количества репрессируемых и заканчивая вопросами отчетности, то содержание "национальных" приказов было куда скромнее. Главным различием являлся порядок репрессирования: по 00447-му приказу окончательный приговор выносила судебная тройка при местном НКВД-УНКВД, по нацприказам местная "двойка" (начальник НКВД-УНКВД и прокурор) составляла справки - альбомы на осужденных с разбивкой их по категориям, которые утверждались Особой Комиссией НКВД СССР (по сути Ежовым или Фриновским) и Прокурором СССР (Вышинским) - т.е. центральной "двойкой" и направлялись обратно для исполнения.
В январе 1938 г. подводились итоги операции. В связи с этим 31 января на Политбюро было утверждено два решения. По первому из них в 21 регионе операция была продолжена до 15 марта, а в ДВК - до 1 апреля 1938. Этим регионам были выделены дополнительные лимиты (всего 57 200), в основном по первой категории (48 000). Во всех других регионах, где не успели по старым лимитам закончить операцию, работа троек продлевалась до 15 февраля 1938. В другом решении, касающегося национального направления операции, разрешалось НКВД продолжить до 15 апреля 1938 г. все национальные операции по существующему порядку (т.е. "двойками").
Документальные следы и результаты проведения операции
В деле, которое получило огромный мировой общественный и политический резонанс и прочно закрепилось в массовом сознании людей, ситуация с документами и прочими материальными следами, касающихся проведения Операции, выглядит не самым лучшим образом.
Если идти с самого начала, посмотрим, например, на выписку из решения Политбюро от 2 июля 1937 г. - "документальное подтверждение" запуска Операции:
Послать секретарям обкомов, крайкомов, ЦК нацкомпартий следующую телеграмму:
"Замечено, что большая часть бывших кулаков и уголовников, высланных одно время из разных областей в северные и сибирские районы, а потом по истечении срока высылки, вернувшихся в свои области, - являются главными зачинщиками всякого рода антисоветских и диверсионных преступлений, как в колхозах и совхозах, так и на транспорте и в некоторых отраслях промышленности.
ЦК ВКП(б) предлагает всем секретарям областных и краевых организаций и всем областным, краевым и республиканским представителям НКВД взять на учет всех возвратившихся на родину кулаков и уголовников с тем, чтобы наиболее враждебные из них были немедленно арестованы и были расстреляны в порядке административного проведения их дел через тройки, а остальные менее активные, но все же враждебные элементы были бы переписаны и высланы в районы по указанию НКВД.
ЦК ВКП(б) предлагает в пятидневный срок представить в ЦК состав троек, а также количество подлежащих расстрелу, равно как и количество подлежащих высылке".
Плохо уже то, что мы видим всего лишь выписку, а не сам протокол того заседания Политбюро (или хотя бы факт изъятия из него соответствующих листов). В таких серьезных делах, как "разоблачение тоталитаризма и массовых репрессий", подобного рода выписки сами по себе могут что-то доказать только впечатлительным школьникам. Далее, это решение предписывало "послать секретарям... телеграмму следующего содержания..." Соответственно, должны сохраниться как минимум несколько десятков таких телеграмм, с датами расшифровки, получения и т.п. Где эти телеграммы - неизвестно. Это что касается внешних, формальных недостатков. По содержательной части решение вызывает также ряд вопросов. Складывается впечатление, что оно относится к началу 30-х годов:
1) речь идет только о кулаках и уголовниках;
2) речь идет о расстрелах и высылке (а не о заключении в ИТЛ);
3) предлагается представить состав троек (но откуда в 1937 г. секретари должны знать, кто вправе войти в тройку? А в 1930 г. ОГПУ действительно предписывало "состав "тройки" выслать на утверждение Коллегии ОГПУ");
4) упоминаются "представители НКВД" (а вот представители ОГПУ в начале 30-х действительно существовали, - на местах были полпредства - ПП ОГПУ)
Кроме того, непонятно, зачем было давать столь прямолинейный и открытый текст, когда достаточно было только запросить сведения и данные для последующих развернутых указаний.
31 июля был утвержден оперативный приказ наркома внутренних дел - главный нормативный акт Операции. Реализация одного лишь этого приказа №00447 должна была произвести на свет огромное количество документов, из них можно назвать, например:
1) Списки на арест, подписанные начальниками оперативны
|
Страниц: 
Репрессии 1937-1938 годов. Причины. (Прочитано 260744 раз)