Это просто пустой базар.

советский и российский антрополог, академик РАН, доктор исторических наук, профессор, заслуженный научный сотрудник МГУ. Главный научный сотрудник Института археологии РАН, руководитель исследований в области физической антропологии и экологии человека в НИИ и Музее антропологии МГУ, Председатель Музейного Совета РАН. Председатель Российского отделения Европейской ассоциации антропологов. Член Всемирной Ассоциации биологов Человека.

О нарѣчiяхъ великорусскаго языка.
Самый оглавокъ этотъ показываетъ, что здѣсь не будетъ рѣчи о языкѣ малорусскомъ; бѣлорусское же нарѣчiе нѣкоторыми причисляется къ великорусскому языку, другими также отдѣляется. Переходъ къ нему, впрочемъ, постепенный и грамматика почти одна и та же, великорусская.
Всякiй изъ насъ и нехотя замѣтилъ, что въ нѣкоторыхъ губернiяхъ говорятъ па–масковски, свысока, т. е. акаютъ, а въ другихъ, напротивъ, низкiй говоръ, на о, или окаютъ.

1) Итакъ, первымъ нарѣчiемъ великорусскимъ будетъ у насъ московское, самое малое по занимаемой имъ мѣстности, самое обширное по распространенiю своему на всю Русь. Московскимъ нарѣчiемъ говоритъ самая небольшая часть народа, почти только въ стѣнахъ Москвы; но это языкъ письменный и правительственный и языкъ высшаго, а отчасти и средняго сословiя, языкъ всѣхъ образованныхъ русскихъ, московскаго дворянства и купечества.

То, что гипотетическоеи неизвестное особое племя славян породило владимиро-суздальские говоры- НЕ проясняет племени-автора современного русского литературного ( в том числе и разговорного) языка, в основу которого положено московское наречие. Кстати, российскими лингвистами владимиро-суздальские говоры ПРОТИВОПОСТАВЛЯЮТСЯрусскому литературному ( в том числе и разговорному) языку.Покана повестке родителей РЛ(в т.ч. Р)Я - только ославяненные вятичи.Кстати, во времена Нестора вятичи ещё не молвили ?:се бо токмо /л.4об./ Словѣнескъ 12 ӕзъıкъ в Руси . Полѧне . Деревлѧне . Ноугородьци 13. Полочане . Дреговичи 14. Сѣверъ 15 Бужане зане 16 сѣдоша 17 по Бугу

Ильменские словене и смоленско-полоцкие кривичи в X-XI вв. приняли участие в формировании древнерусского населения Волго-Клязьменского региона. Эти земли, как говорилось выше, были освоены славянами еще в третьей четверти I тыс. н.э. Раннее славянское население этого края не знало курганного обряда погребения и, когда такая обрядность была привнесена сюда кривичско-словенскими переселенцами, пополнившими население Северо-Восточной Руси, в течение двух-трех столетий пользовалось грунтовыми кладбищами.
Курганные материалы Северо-Восточной Руси выявляют два направления движения славянского населения в X-XI вв. Одно исходило из ареала ильменских словен; в составе переселенцев, по-видимому, было и финноязычное население или, может быть, славянизированная весь. Миграция осуществлялась через бассейн Мологи, и селилось новое население, в основном, в Ярославском Поволжье, а также в окрестностях Ростова и Суздаля. Вторым направлением миграции была Волга - смоленско-полоцкие кривичи двигались вдоль Волги и оседали в Ростово-Суздальской земле среди раннеславянского и словенского населения. Не следует полагать, что курганные и грунтовые могильники первых столетий 2 тыс. н.э. разграничивают древнее и пришлое словенско-кривичское население Северо-Восточной Руси. В условиях территориального смешения разных славянских группировок нужно допустить и переплетение обрядности. Грунтовые могильники этого времени следует рассматривать как реликтовую обрядность, сохранившуюся в ряде мест раннего славянского расселения.

Так в вятичах мы видим проявление черт финно-угорского населения Восточно-Европейской равнины, родственного не приуральским финно-уграм, а, по-видимому, восходящего через дьяковцев к неолитическим племенам этой территории

Северо-восточные кривичи (группы: ярославская, костромская* владимиро-рязанская) эпохи средневековья также, по-видимому, отражают черты местного финно-угорского населения

Общность физического облика западных кривичей, радимичей и дреговичей, сходство их со средневековым летто-литовским населением (в свете данных об участии племен культуры шнуровой керамики и боевых топоров в генезисе как балтов, так и славян) могут быть оценены как проявление единого антропологического субстрата.

В средневековых тиверцах, уличах и волынянах больше, чем в какой-либо другой племенной группе восточных славян, отражены черты среднеевропейского субстрата

Антропологический состав других восточнославянских племен средневековья, за исключением может быть полян, связан с собственной историей славян

Что касается полян, то некоторые их черты (например, незначительная уплощенность лица и грациль-ность) свидетельствуют скорее против связи с западными группами славян. Связь полян с салтовцами, отмеченная в одной из первых посвященных этому вопросу статей В. П. Алексеева (1959) и в работе В. В. Седова (1970), вряд ли оправдана, так как ираноязычное население, оставившее Салтовский могильник, отличается очень резкой горизонтальной профилировкой и по комплексу признаков сближается с аланским населением Дагестана (Алексеева, 1961; Алексеев, 1962а). Поляне антропологически очень сходны с населением Черняховской культуры. М. С. Великанова (1961а), отметив эту связь, сделала очень осторожное замечание по поводу того, что сходство черняховцев и славянского племени полян еще не дает права относить черняховцев к предкам средневековых славян. Совершенно справедливое замечание. Но это сходство может быть истолковано в плане неславянской принадлежности полян. На юге европейской части СССР обнаруживается определенная линия преемственности: племена степной полосы эпохи бронзы (исключая трипольцев) — скифы лесостепной полосы — население черняховской культуры — поляне. Эта линия преемственности скорее свидетельствует против славянской принадлежности племен черняховской культуры, но черняховцы в данном случае в той же мере «скифы», в какой скифы — население эпохи бронзы. Здесь можно отметить, что по антропологическим данным прослеживается какая-то местная линия преемственности населения в Причерноморье и в Приднестровье, существовавшая до прихода на эту территорию славян и проявляющаяся в позднее время и в славянах.

Б. А. Рыбаков обрисовывает новые племенные границы полян и северян. Территория северян охватывает часть течения Десны близ Новгорода-Северского, течение Сейма и верховья Сулы в пределах Северского княжества XII в. Полянская же земля простирается и на левобережье Днепра, включая в восточной своей части города Чернигов, Любеч и Переяслав-Хмельницкий. На юге граница обитания племени полян проходит по р. Рось, на западе — по линии Житомир — Овруч, на севере Полянская земля включает в себя Припятско-Днепровский треугольник, образуемый слиянием Припяти и Днепра.

Группа киевских полян отличается от черниговских и переяславских большим черепным указателем, а краниологическая серия из Княжьей горы и Сагуновки еще и значительно большей скуловой шириной.

Поляне правобережной территории более широкоголовы, чем поляне левобережья.

Перенося данные, полученные для современного населения тех областей, где отмечается преемственность в глубь веков, можно более или менее определенно утверждать, что средневековые восточные славяне относились к разным ветвям европеоидной расы. Славяне новгородские, западные кривичи, радимичи и дреговичи и, возможно, волыняне — к кругу северных европеоидов; древляне, тиверцы, уличи и поляне — тяготели к южной ветви.

ладимир Даль считал, что русский язык состоит из трех наречий - белорусского, малорусского и великорусского.

и у нее получилось что поляне были разные

Дейнека писал(а) 07.01.2018 :: 23:04:47:


Каком таком украинском?
Это на границе с Белоруссией на украинском говорят?

Основная масса населения Украины говорит на суржике или русском.
На украинском языке говорят дикторы телевидения и люди учившиеся по специальности украинский язык и литература в ВУЗах.
Даже в селах  Волыни говорят на суржике. А на границе с Белоруссией не на украинском однозначно.

Цитата:



Цитата:

се бо токмо /л.4об./ Словѣнескъ 12 ӕзъıкъ в Руси . Полѧне . Деревлѧне . Ноугородьци 13. Полочане . Дреговичи 14. Сѣверъ 15 Бужане зане 16 сѣдоша 17 по Бугу

.я доселѣ не нашелъ ни одного малорусскаго слòва отъ котораго не было бы въ великорусскомъ производныхъ, если и нѣтъ самого слòва. (В.Даль)

Это один и тот же язык.