Исторический форум (форум по истории)

Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, выберите Вход или Регистрация

 
Исторический форум
  Главная Правила форума Пожертвование СправкаПоискУчастникиВходРегистрацияОбщее сообщение Администратору форума »» переход на Историчка.Ru  
 
Переключение на Главную Страницу Страниц: 1
Печать
Религия труда. Часть вторая (Прочитано 150 раз)
гофман
Продвигающийся
**
Вне Форума



Сообщений: 22

Колумбийский университет
Религия труда. Часть вторая
27.06.2020 :: 02:14:25
 
Термин “сознательность” в советском словаре предполагал, что задачи и идеалы партии, часто противоречащие идеалам и задачам индивидуума, каждый воспринимает как свои собственные, как самопожертвование, как отказ от индивидуальных целей во имя целей высших, общественных. Сознательность естественно приводила к аскетизму в материальной жизни и оскоплению жизни внутренней. Сознательный советский человек должен был подавить в себе те импульсы, желания, идеи и идеалы, которые противоречили требованиям общества и государства.
Несмотря на внешнее различие форм протестантской сознательности, построенной на индивидуализме и советской, на коллективизме, целью воспитания сознательности была дисциплина, подчинение, принятое на индивидуальном уровне, сознательно.
“Сознательность” протестантизма, самоограничение во имя создания нового богатства. Kоличество созданных богатств доказывали степень веры и, следовательно, возможность прощения, надежду на рай в загробном мире. В советском контексте, сознательность, т.е. самоотверженный труд, давал право на вхождение в новый мир, мир коммунизма, который был вариацией на всю ту же тему, правда, не рая на небесах, а рая на земле.
Хотя революция Кромвеля потерпела поражение, протестантизм стал государственной религией в Британии, но англиканство, как эта религия была названа, включало в себя многочисленные элементы католицизма. Начали появляться протестантские секты, не принявшие англиканство, которое, в их глазах, было предательством основных идей протестантизма. Наиболее распространенными стали секты квакеров и пуритан, они бросили вызов церкви и власти, называя власть и личное богатство ценностями Антихриста, а не Христа. Квакеры требовали от членов секты полного посвящения своей жизни труду, и аскетизма в потребностях. На кладбищах квакеров 17-18 веков на надгробьях не обозначены ни годы жизни и смерти, ни имена. «Здесь похоронен плотник и отец 10 детей». Человек пришел из праха и ушел в прах. Человек пришел в этот мир только для того, чтобы выполнить свой долг, он сам, содержание его жизни, не имеют никакой цены. Сам он ничто, пыль перед лицом Бога.
Плотские желания, наслаждение жизнью – грех, аскетизм был для квакеров знаком добродетели. Даже самые богатые из них жили в скромных домах с убогой мебелью, их одежда была не только незатейливой, она носилась от совершеннолетия до гробовой доски. Картины считались знаком идолопоклонничества. Тех, кто пытался научиться играть на каком-либо музыкальном инструменте, изгоняли из общины. Почти не имея трат на жизнь, квакеры накапливали огромные богатства, которые не выходили за пределы общины благодаря запрету на браки вне своего круга. Не тратя ничего на себя, квакеры вкладывали накопленные средства в расширение бизнеса, так как только богатство давало уважение квакерского сообщества.
К началу 19-го века британские квакеры составляли группу в 20.000 человек. Несмотря на свою немногочисленность, они были богаты и обладали значительным влиянием. Три крупнейших кампании Англии, выпускавшие все виды хлебных изделий, принадлежали квакерским семьям. Из четырех главных банков Англии 19-го века два принадлежали квакерам, Барклай и Ллойд. Кампания Ллойд по сей день является крупнейшей страховой кампанией мира.
Вместе с сектой квакеров росла секта пуритан, с которой власти Британии вели постоянную борьбу. Пуритане требовали от своих приверженцев упорного труда в течении недели, утро воскресенья должно быть проведено в церкви, а остальная часть дня в чтении библии дома. Также, как монахи в монастыре, они посвящали все свое время труду и молитве.
Пуритане игнорировали даже религиозные праздники, которые в те времена отличались особой разнузданностью и длились неделями. «Можно ли представить, что вера в Спасителя подтверждалась бы многочасовым обжорством, пьянством и дебоширством. Это скорее подходит для празднования в честь языческого Бахуса, а не Христа.», говорил лидер пуританской общины в Бостоне, Коттон Махер.
В средневековье Пасха и Рождество праздновались по две недели. Каждый святой имел свой праздничный день. Французские короли гарантировали своим подданным 38 праздничных дней в году. Пуритане же видели в праздниках проявление греховного начала, и не только праздники, но даже размышления в будний день считали грехом. Для этого есть воскресенье,и размышлять в воскресенье можно только о слове божьем в процессе чтения Библии.
Лондонские театры, в том числе шекспировский «Глобус», были закрыты в период Английской революции 1640-1660 гг., когда пуритане находились у власти. Театральная жизнь в Англии возобновилась лишь после реставрации королевской династии Стюартов.После поражения революции Кромвеля были изданы многочисленные королевские эдикты, направленные против норм жизни, которые навязывались обществу пуританами. Одним из них был закон, изданный королем Джеймсом I, который сделал обязательным участие всех групп населения в различных видах спорта в воскресенье.
Несмотря на все усилия властей, влияние пуритан возрастало с каждым годом. Рост секты стал восприниматься властями и официальной англиканской церковью как угроза существующему порядку. После устрашающих преследований секты в 17-ом веке появились иные пуритане, трезвые практики. В процессе борьбы за человеческие души, лидеры секты пришли к выводу, что построить новый праведный мир на старом континенте погрязшем в пороках, невозможно. К этому времени был открыт новый континент, который в глазах пуритан мог стать тем местом где можно начать все с чистой страницы, где можно было создать Новый Мир, Новый Свет на основе нового принципа жизни, “Жизнь – Есть Труд”.
Первые общины пуритан прибыв в северо-восточную часть континента заложили идеологический фундамент нового общества и нового государства, самоотверженный труд, сделавший Америку самой богатой страной мира.
В то же время, Южная Америка, которую осваивали католические страны Европы, так и не стала “Новым Светом”, в течении столетий пребывая в нищете и разрухе. Труд, в глазах испанских колонизаторов, не представлял никакой ценности. Колонисты в странах Южной Америки ставили своей задачей захват, грабеж уже существующих богатств индейских цивилизаций-городов с высоким уровнем экономического и культурного развития.
На территории Южной Америки в начале 17-го века проживало до 50 миллионов индейцев. На территории будущих Северо-Американских Штатов количество аборигенов составляло около 6 миллионов, а кочевые индейские племена находились на уровне развития каменного века. Колонистов-пуритан в Северной Америке встретил дикий, почти безлюдный мир, здесь не было тех богатств, которые вывозили из Южной Америки испанские конквистадоры. В Северной Америке богатства могли быть созданы, созданы только трудом, освоением новых земель, на которых не было и следа какой-либо цивилизации, и труд, в этих условиях, приобрел небывалый в истории статус.
Обедневшие европейские аристократы (а их количество среди колонистов было значительно), прибывшие в составе первых экспедиций в надежде на мгновенное обогащение, вскоре столкнулись с непреодолимым фактом жизни в Новом Свете, трудиться должны все без исключений. Был провозглашен библейский принцип «Кто не работает, тот не ест».
Расчеты аристократов на рабский труд не оправдались, индейцы готовы были принять смерть, но не быть рабами. До появления черных рабов из Африки аристократам приходилось работать на земле вместе с простыми колонистами, их европейский статус, право на получение привилегий, здесь был утрачен.
Каждый колонист в независимости от того кем он был в своей стране, здесь был вынужден работать чтобы не умереть. Вместе с семьей, семейным кланом или группой единомышленников колонист поселялся в дремучих дебрях, и становился владельцем огромных земельных участков, превращая дикую природу в пригодные для земледелия территории.
Попытки британской администрации ввести захват земель в какое-либо законодательное русло были обречены, необъятные пространства страны не давали возможностей контроля. Только после Войны за Независимость были введены правила по продаже земельных участков. Семья могла приобрести одну квадратную милю земли (320 гектаров) за символическую плату, или, точнее, плату за регистрацию на владение. После Гражданской войны, в 1865 году был принят Homestead Act, по которому любой мог приобрести участок в 80 гектаров, заплатив 10 центов за регистрацию.
В Бразилии же, в это же время, стоимость земли была настолько высока, что ее могли приобретать только самые богатые. Таким образом, четкая граница между имущими и неимущими, будучи проведена в самом начале, в каждом поколении все больше увеличивала разрыв между классами, и статус классовых привилегий был закреплен на века.
В Южной Америке не только была воспроизведена европейская феодальная экономическая система, Южная Америка жила ценностями католицизма, поддерживавшего феодальную форму отношений, в которой каждый был лишь «божьей овцой» в стаде, которое пасли власти, лендлорд и церковь.
А протестантизм Северной Америки давал полную свободу индивиду, в практической жизни,“каждый за себя”, в духовной сфере, “каждый сам себе священник”.
Резкий контраст между нищей католической Южной, и богатой протестантской Северной Америкой, контраст двух отношений к труду. На европейском континенте этот контраст не менее нагляден, сегодняшние протестантские Англия, Швеция, Швейцария, Германия богаче католических стран, Италии, Испании и Франции.
В католицизме труд существовал как средство для обогащения самой жизни, “праздник жизни” был и остается центром всех человеческих интересов в латиноамериканских странах. В протестантской Северной Америке труд был и остается смыслом человеческого существования, что и сделало США самой богатой страной мира.
На Северо-Американском континенте протестантская идея безостановочного создания богатств нашла идеальную ситуацию для своего воплощения. Гигантские, никому не принадлежащие территории, отсутствие государственного контроля создали новый человеческий тип, одиночку, посвящающего все свои силы труду, умеющего работать лопатой и плугом, молотком и пилой, намывать золото, но также и владеющего саблей, мушкетом, добывающего богатство только для себя любыми способами, трудом, торговлей, спекуляцией, грабежом и шантажом. В то же время, внутри первых протестантских общин Нового Света, каждая община, каждая секта, озабоченная своим выживанием, обязывала своих членов принимать во внимание благополучие общины в целом.
Но сами условия новой страны, где многое можно было добыть действуя в одиночку, привели к другим формам отношений, и библейская заповедь, “не пожелай другому того, чего ты не пожелаешь себе”, перестала играть значительную роль. Человеческая судьба постепенно перестала ассоциироваться с нравственным, духовным ростом, ценность человека подтверждалась прежде всего ростом индивидуального богатства. Тем не менее, в начале освоения континента в одиночку выжить было почти невозможно, только общинная система взаимопомощи давала гарантии выживания. Само название общин, «community», т.е. коммунальное общество, говорило о приоритете общего над индивидуальным, подтвержденного идеалом общества, жизнью апостолов Христа деливших все поровну. Однако, совместный труд и равное распределение его результатов приводило к всеобщему обнищанию, поэтому вскоре была принята иная форма ведения хозяйства, индивидуальная, соответствующая протестантскому постулату личной ответственности перед богом. Чем больше человек создал, тем больше у него шансов спасти свою душу и получить прощение небес. Чем больше создала община в целом, тем ближе она к своей главной цели, всеобщему спасению и духовному совершенству. В последующем развитии американское общество отказалось от религиозной трактовки ценности труда, труд превратился в высшую гражданскую добродетель, а увеличение богатств стало целью нации.
В Европе же, практически до середины 19-го века, считалось, что труд необходим лишь для создания комфортабельной жизни, и достигнув приемлемого благополучия, можно остановиться в накоплении бо
Наверх
 
Переключение на Главную Страницу Страниц: 1
Печать