Исторический форум (форум по истории)

Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, выберите Вход или Регистрация

 
Исторический форум
  Главная Правила форума Пожертвование СправкаПоискУчастникиВходРегистрацияОбщее сообщение Администратору форума »» переход на Историчка.Ru  
 
Переключение на Главную Страницу Страниц: 1
Печать
Историография: Беглые и крепостные на Кубани (Прочитано 11796 раз)
Skif
Частый гость
***
Вне Форума



Сообщений: 143
Историография: Беглые и крепостные на Кубани
16.03.2009 :: 16:47:49
 
                       Беглые и крепостные на Кубани

В историографии проблемы выделяются три периода:
дореволюционный, советский и постсоветский, в рамках которых получили развитие те или иные оценки явления крепостничества как в целом по России, так и в среде черноморского казачества.
В дореволюционной отечественной историографии крестьянского вопроса центральное место занимала проблема происхождения крепостного права в России. Особенность русского крепостничества виделась в том, что дворянам-землевладельцам первоначально предоставлялось право не на личность крестьян, а на крестьянские повинности, то есть на обязательный
труд крепостных в пользу помещика. Помимо этого они всегда несли повинности и службу государству.
Вопрос о существовании в Черномории крепостнических отношений не имел однозначной оценки в дореволюционной региональной историографии. И.Д. Попко, П.П. Короленко, Ф.А. Щербина и др.
подчеркивали социальное единство и равенство казачества, основанное на прочности общинного начала и демократических традиций в казачьей среде. С этой позиции Ф.А. Щербина стремился доказать, что кубанские казаки не знали крепостного права, как узаконенного института. Такая постановка вопроса во многом обосновывалась отсутствием в Черномории частной
земельной собственности.      
Эту точку зрения опровергал Г.Л. Крыжановский. Используя  документальные материалы, не дошедшие до современных историков, он утверждал, что «крепостное право в земле бывшего Черноморского войска существовало с появления здесь Черноморского казачества и до освобождения крестьян от крепостной зависимости, и что право это по существу не отличалось от права дворян по отношению к крепостным дворовым во всей остальной России».
Анализ имеющихся в распоряжении работ дореволюционных исследователей истории Черноморского войска позволяет сделать вывод, что основное внимание кубанских краеведов было сконцентрировано на изучении истории казачества. Социальная структура Черномории традиционно представлялась делением населения на войсковое (казачество) и невойсковое (иногородние, горские выходцы, крестьяне, отставные солдаты и т.д.) сословия. Несмотря на отдельные публикации, в целом проблема формирования дворянского и крестьянского сословий в Черномории не получила в этот период достаточного развития. Неоспоримым достоинством дореволюционной отечественной историографии является то, что она содержит большой фактический и статистический материал, документальные тексты, не сохранившиеся в оригинале до наших дней, что позволяет современным исследователям истории Кубани использовать их как исторические источники.
В советской исторической науке, развивавшейся в русле марксистско-ленинской теории, возникновение крепостничества в России определялось как закономерный процесс развития общества эпохи феодальной формации. Обобщенная история крестьянства представлялась как история эксплуатируемого сословия феодального общества, создавшего основную массу материальных ценностей и являвшегося движущей силой классовой борьбы. Конец 18 - первая половина 19 века, обозначались как период кризиса феодально-крепостнической системы, возникшего в результате конфликта новых производительных сил и старых производственных отношений.
В исследованиях истории Кубани в советский период приоритетными направлениями также являлись материальное производство и классовая борьба. Несмотря на догматичность и некоторую односторонность советской историографии, в ней широко рассматривались вопросы происхождения и становления различных социальных и сословных групп в ходе заселения и экономического освоения края. Именно эти работы дают возможность проследить историю помещичье-крестьянской колонизации Северного Кавказа, которой ранее уделялось меньше внимания.
Отдельно изучением проблемы беглых и крепостных крестьян на Кубани занимался В.А. Голобуцкий. Проведя анализ работ предшественников и архивных материалов, он пришел к выводу, что крепостнические отношения в Черноморском войске не могли развиться из-за следующих обстоятельств. Эксплуатация рабочей силы путем найма неуклонно завоевывала господство в экономике края, а военные приоритеты России на Кавказе требовали расширения кадров казачества, формирование которых происходило из лично свободных категорий населения. Последнее, по мнению историка, обусловило ограничение крепостнических отношений в законодательном порядке.
Многообразные аспекты социальной политики царского правительства, а также происхождения, состава, места и роли в истории Черномории войсковых дворян рассмотрены в ряде работ Г.Н. Шевченко. По мнению автора, в отношении владения черноморских старшин дворовыми людьми правительство занимало двойственную политику. С одной стороны, оно было заинтересовано в существовании в Черномории личносвободного населения, способного нести военную службу, а с другой - не могло не идти на уступки в этом вопросе дворянам, нуждавшимся в крепостных людях.
В советский период появляются специальные историографические работы, посвященные проблеме русской крестьянской колонизации региона. Т.А. Невской были выделены основные этапы изучения вопроса, тесно связанные с общими процессами социально-экономической жизни России, обозначены узловые темы, разрешение которых являлось необходимым для дальнейшего развития исторической науки.
В целом советская историография подчеркивала, что процесс заселения и экономического освоения Северного Кавказа происходил в момент разложения крепостного хозяйства в России и становления буржуазных отношений. Авторы единодушно признавали слабость и нерентабельность помещичьих хозяйств на Северном Кавказе, считали, что они не играли какой-либо заметной роли в колонизации и сельскохозяйственном освоении края. Только В.П. Крикунов доказывал, что крепостничество в регионе было более сильным, чем это представлялось по официальным данным, так как в действительности помещики имели крестьян больше, чем значилось по ревизским сказкам.
С начала 1990-х гг. количество исследовательских работ о русской крепостной деревне в дореформенную эпоху заметно сократилось. Вместе с тем, нельзя не отметить новых подходов в освещении проблем истории крепостного права в России. В ряде исследований осуществляется поворот в сторону выявления исторически оправданных закономерностей появления крепостничества. Академик Л.В. Милов обосновал важную роль природно-климатического фактора в становлении жесткой системы крестьянской эксплуатации. С позиции теории всеобщего закрепощения сословий в России освещает данный вопрос Б.Н. Миронов.
В 90-е гг. XX в., наряду с поляризацией методологических подходов в отечественной исторической науке, отчетливо проявился растущий интерес общественности к проблемам местной истории и качественное расширение регионального компонента. Наладилось издание ряда историко-регионоведческих сериалов, книг, брошюр и сборников широкого тематического охвата.
В этой связи, новый импульс получили исследования, посвященные истории и культуре кубанского казачества, возрос интерес к роли и месту казаков в региональном и общероссийском контексте. Вместе с тем, продолжается изучение социально-экономической проблематики. Характеристика социального состава населения Черноморского и Кубанского казачьих войск на различных этапах освоения края представлена Г.Н. Шевченко, О.В. Матвеевым, Б.Е. Фроловым, А.Н. Малукало и др. Проблема включения казачьей верхушки в состав российского офицерства исследована в работах Ю.Ю. Клычникова. Б.В. Виноградова, С.А. Головановой. Эволюция земельной собственности и социально-экономических отношений достаточно подробно освящена в трудах В.Н. Ратушняка. В последнее время в историографии Кубани отмечается возрастающий интерес к истории дворянского сословия. При этом все чаще исследователи начинают обращаться и к проблемам неказачьей колонизации Кубани. В этом направлении уже сделаны первые шаги к объективному рассмотрению соотношения роли казаков и иногородних (крестьян, отставных солдат) в мирной колонизации региона.
Современными историками собран огромный фактический материал, анализ которого позволяет раскрыть общие закономерности и особенности вхождения южнороссийских казачьих территорий в состав России, а казачества в общероссийские социально-политические институты империи, учитывать условия формирования различных социальных и сословных групп на территориях казачьих войск, проследить эволюцию земельной собственности и социально-экономических отношений. Вместе с тем, вопросы существования на Кубани крепостного права и положения личнозависимого населения только начинают вызывать научный интерес у исследователей.
Наверх
 

Анархасис говорил, что лучше иметь одного друга, стоящего много, чем многих, не стоящих.
Переключение на Главную Страницу Страниц: 1
Печать