Исторический форум (форум по истории)

Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, выберите Вход или Регистрация

 
Исторический форум
  Главная Правила форума Пожертвование СправкаПоискУчастникиВходРегистрацияОбщее сообщение Администратору форума »» переход на Историчка.Ru  
 
Переключение на Главную Страницу Страниц: 1
Печать
Александр Шубин: «Мы все – на “Титанике”» (Прочитано 1862 раз)
censor_morum
Новичок
*
Вне Форума



Сообщений: 2
Александр Шубин: «Мы все – на “Титанике”»
12.11.2008 :: 17:10:54
 
Истчник http://www.rabkor.ru/?area=articleItem&id=707

В Античности историк - это чаще всего человек, обладающий личным государственным и политическим опытом (как Ксенофонт, Саллюстий или Тацит). В Средние века - напротив, человек, который смотрит на исторические события прошлого и настоящего из окошка своей умиротворенной кельи. Именно такой образ историка был унаследован и в Новое время. Историк, сам творящий историю - явление не очень частое. Но Александр Шубин - явное исключение из правил. Доктор исторических наук, автор многочисленных исследований по истории СССР и социалистического движения, он в то же время активно участвовал в политической жизни в полные ожиданиями 1980-е и смутные 1990-е. Он и сейчас не отошел от политической борьбы, поэтому темы, которые можно с ним обсудить, практически неисчерпаемы.


Александр Владленович, давайте сначала обратимся к совсем недавним событиям. Как вы оцениваете недавнюю конференцию Левого фронта и перспективы этой структуры?

Я думаю, всегда полезно пытаться - ведь эта ниша в нашем левом движении еще не заполнена. Левый фронт - структура, которая объединяет левый актив, не согласный с оппортунистическим курсом КПРФ, и тот актив, который настроен на конструктивную работу по принципиальному изменению общества. Есть другой край («Другая Россия», остатки НБП), которые ориентированы на сохранение существующего строя и настроены только на борьбу с существующим режимом. А левые должны быть настроены на изменение общества - на замену капитализма социализмом. Поэтому хвала людям, которые решили что-то делают в этом направлении. Хорошо, что удалось поездить по регионам и убедить актив в необходимости объединения на платформе демократического, самоуправленческого социализма. Хотелось бы, чтобы левое движение смогло использовать этот политический инструмент - Левый фронт. Раньше, начиная с Партии труда, попытки создания такого инструмента не удавались.

Сейчас наверняка обострятся социальные конфликты, и людям, понимающим суть проблем, будет очень обидно, если эта энергия народного творчества улетит в свисток какой-нибудь «оранжевой революции». Нужно, чтобы деятельность была полезна в первую очередь людям. Их социальные проблемы не могут быть решены в рамках периферийного капитализма (а иной в России невозможен). Если массы соберутся на «майдан», поддержат каких-нибудь очередных людей с трибуны, а сами для себя ничего не изменят, - это будет печально и позором ляжет на левый актив, который не смог помочь трудящимся в этот решающий час.

Не смущает ли вас, что многие деятели Левого фронта состоят в Национальной Ассамблее, где действует очень сильное либеральное крыло?

У нас была полемика внутри сообщества «Советское возрождение» по этому вопросу, были высказаны разные позиции. Сторонники одной точки зрения считают, что входить в Национальную Ассамблею надо, потому что все мы должны бороться против режима, который «нас злобно гнетет». Моя позиция в этой дискуссии была весьма и весьма осторожной. Ни в какую Нацассамблею я лично входить не собираюсь. Но часть товарищей говорила, что надо держать руку на пульсе политической жизни, никакой партийной дисциплины в Нацассамблее нет, и эту структуру можно использовать для чего-то полезного. С такими оговорками и настроениями пусть люди идут хоть в Общественную палату, хоть в Нацассамблею - лишь бы они с откровенно фашистскими организациями не связывались. В случае с Национальной Ассамблеей важно, чтобы нами не руководили. Если этого не происходит - то я не вижу здесь никакой проблемы.

Есть левые активисты, которые считают Левый фронт приложением к Нацассамблее...

Тогда им нужно доказать, что НА управляет ЛФ. Этим активистам надо активнее работать над упорядочиванием социалистического движения на тех участках, где этого еще не сделал ЛФ. Но пока социалистическое движение - вещь очень рыхлая. Этой рыхлости нужно бояться больше, чем Нацассамблеи (тоже очень рыхлой).

У нас есть две крайности - тред-юнионизм и р-р-радикализм. Все эти крайности тяготеют вправо, поскольку левым является только путь к социализму. Мы должны представлять, что такое социализм и какие его элементы есть в нашем обществе, искать пути к нему. Только тогда мы можем двигаться в правильном направлении.

В нашем движении тред-юнионизм олицетворяет прежде всего Карин Клеман, которая на Московской конференции Левого фронта прямо выступила против принципов социализма. Меня это удивило, поскольку до этого К. Клеман выступала лишь против пропаганды этих принципов, дабы не отпугнуть протестные группы. Она дальше сдвигается вправо, что, впрочем, соответствует социал-либеральным тенденциям на Западе, в частности, в антиглобалистском движении. По сути, это правый антиглобализм. Эта крайность нам известна, и мы с ней давно полемизируем. Мы считаем, что нужно объяснять участникам протестного движения, что нет решения их проблем, кроме движения в сторону социализма. Протестующие могут одерживать маленькие победы, терпеть маленькие поражения, после поражений разочаровываться, после маленьких побед решать, что все хорошо, и расходиться - а капитализм приходит с другой стороны и наносит новые удары. Тред-юнионизм - это тупиковое направление в левом движении, которое уводит нас в «оранжевую» сторону.

Другая крайность - бессодержательный радикализм, который требует как можно более радикальных средств. Характерно, что в этом сходятся и ультралеваки, и традиционалист Гейдар Джемаль. У ультралеваков нет ясного представления о социализме, а политический ислам идейно противостоит демократическому социализму (а авторитарный «социализм» - это не социализм).

Такая сверхрадикальная риторика подводит само движение. Если вы говорите о таких вещах, а сделать их не можете, то вы мешаете людям делать реальное дело. Ультрарадикализм уводит нас вправо, в сторону лимоновщины. Лимоновщина - замена радикализма целей радикализмом формы (явление, впрочем, возникшее задолго до появления Лимонова на общественной арене).

Р-р-радикалы и тред-юнионисты критикуют друг друга, но и то, и другое - правые угрозы, которые мешают развиваться левому движению. Есть они и в Левом фронте. Но я увидел во Фронте и другое - и поэтому принял приглашение участвовать в его работе, которое исходило от товарищей по «Советскому возрождению». Они сочли это полезным, и я решил, что нецелесообразно отказываться.

Здоровое течение в левом движении должно стремиться к изменению Системы. Пусть активисты иногда и не знают, как это сделать. Но мы все должны об этом думать. Я считаю, что путь к социализму на советском пространстве лежит через возрождение Советов как органов самоорганизации народа. Соответственно, если нет другого, более эффективного пути, то надо заняться этим. Здесь организационная работа четко увязывается с социалистическим проектом, основанном на самоуправлении, - что записано в документах Левого фронта. Эти принципы Левый фронт как идейное течение разделяет, значит, и я с ним.

Возрождение Советов непосредственно увязывает протестное движение и социалистическую идею. Это конкретные шаги, которые мы можем сделать в сторону возрождения социализма уже сейчас. В 2005 году, когда произошел подъем общественной активности, в массах не было этой идеи. Тогда ее удалось донести на Соцфоруме до актива, но волна уже схлынула. Важно, чтобы идея была распространена, мы ведь не своими силами должны делать Советы из членов Фронта. Советы - это орудие масс, массы должны понять, что им это нужно, а мы должны быть пропагандистами, нести идею в массы.

Советская идея способна стать пунктом согласия представителей разных левых течений. Ведь движению очевидно мешает сектантство, догматизм, приверженность взглядам, которые как-то работали в начале ХХ века, но должны быть существенно пересмотрены в результате научного анализа исторического опыта ХХ века.

Ряд людей смущает также активное участие многих представителей Левого фронта в акциях «Другой России».


Это не дело принципа - участвуют ли люди в «оранжевых» мероприятиях. Это вопрос чистой тактики. Скажем, Левый фронт ходит колонной с КПРФ. КПРФ мне совершенно не близка, но если нужно людей посмотреть и себя показать, то я тоже принимаю в этом участие, размахивая флагом «Советского возрождения». Можно ходить на митинги вместе с разными людьми, если это не фашисты (то есть люди и организации с этнократической тоталитарной программой).

Союз с «Другой Россией» - это союз с либералами и национал-большевиками, которые сами по себе фашистами не являются. Социалисты всегда имели с либералами тактические союзы - вопрос, кто кому подчиняется. Левый фронт не должен подчиняться «оранжевому проекту». Если такое подчинение произойдет - я и мои товарищи выйдем оттуда.

Но либералы в России и на Западе - это разные вещи. Если мы говорим о «либеральном бунте» в Демпартии США в конце 1960-х годов, то подразумеваем подъем сил, которые выступали за упрочение роли государства в экономике, социальных программ, борьбы за социальные права, то есть - о социал-либералах. А в отечественном либеральном движении с 1990-х доминируют люди с противоположными идеями.

Существует обыденное словоупотребление слова «либерал». Говорят же, скажем, о «либеральном профессоре» - в том смысле, что он не очень мучает студентов. Мы же говорим о либералах как о конкретном идейном течении, которое привержено частной собственности, многопартийной системе и т.д. Я не считаю, что разница принципиальна: есть либералы чуть левее - явлинцы, есть чуть правее - последователи Гайдара. Я уже говорил об опасности подчинения социалистов социал-либералам через тред-юнионизм. Но тактические союзы возможны и с теми, и с другими - в защите гражданских прав или социального государства.

Да, есть либералы лучше, есть либералы хуже, но дело не в этом. Если конечная цель - свержение Путина, то это бессмысленно. В. Путин и Д. Медведев - не какие-то кровавые деспоты, как их изображают «другороссы», а выразители определенных социальных отношений, на которые они мало воздействуют лично. С точки зрения социалистических задач, бессмысленно свергать режим Путина. Режим завалится сам.

Если говорить о подготовке революции, то ее мы готовить не должны. Мы должны доверить ее подготовку товарищам Бушу, Обаме, Медведеву, Путину, они чудесно справятся. Мы же должны готовиться к переменам, чтобы их направить на благо населения.
Наверх
 
censor_morum
Новичок
*
Вне Форума



Сообщений: 2
Re: Александр Шубин: «Мы все – на “Титанике”»
Ответ #1 - 12.11.2008 :: 17:12:21
 
Какие последствия мирового кризиса для России вы видите?

Это зависит от того, находимся мы в финале кондратьевской или броделевской волны. От этого зависит разрушительность последствий. Но, боюсь, даже относительно небольшая волна может снести нынешнюю российскую экономическую систему. Жаль только, что люди серьезно пострадают.

Если это будет менее глубокий кризис, то у Системы будут проблемы уровня 1905 года. Если глубже - тогда 1917 года. Для левых - великая дата, но не будем забывать, что для населения это было время страданий и бедствий. Социалистические силы сделали много, чтобы смягчить последствия той катастрофы, но... Путь к звездам и в XXI веке будет идти через тернии. Беда, если путь не поведет к звездам, а назад, и жертвы окажутся напрасными. Сейчас как никогда актуальна мысль Розы Люксембург - «социализм или варварство».

Надо ориентироваться на то, что при любой попытке заменить реальные перемены сменой фасада мы должны сделать все, чтобы привлечь к ответственности Систему, а не отдельные символы режима. От расправы над руководителями государства массе населения лучше не станет.

Если грядет «1905 год», то, разумеется, нужно обратить внимание на ленинскую фразу «Пролетариат борется - буржуазия крадется к власти». Наше решение: «майдан» разойдется, но Советы должны остаться. Если мы не сумеем это сделать, значит, грош нам цена как движению. Я говорю не о Левом фронте или какой-то другой отдельной организации, а обо всех левых вообще.

Если кризис будет глубоким - трясти будет прежде всего Запад. А нас, страну периферийную и отсталую, сначала будет потряхивать. В Кремле произойдут перестановки, одну компрадорскую администрацию заменят на другую, власти униженно попросят прощения у глобальных начальников и будут продолжать маневрировать между ними. Но со временем Россия почувствует удар кризиса сильнее, чем Запад.

Это похоже на «Титаник». Наши телекомментаторы, как пассажиры из третьего класса, обсуждают, до чего, мол, весело суетятся пассажиры первого класса вокруг лодок. Но пассажиры третьего класса должны побеспокоиться, чтобы им сначала открыли выход на палубу. А там все заперто. В третьем классе говорят: у нас, в третьем классе, так тепло, уютно, а эти в первом бегают и кричат «Айсберг! Айсберг!». Но когда вода хлынет, будет не до веселья.

На «Титанике» могли бы спастись все - если к лодкам добавить плоты из дерева, из которого сделана мебель. Но ломать мебель не позволяет священное право частной собственности. Если мы не хотим утонуть вместе с социально-экономическим «Титаником», нужно отказаться от «священной коровы» частной собственности и заняться строительством этих самых «плотов».

Что же это за «плоты»?

Это очаги нового общества, которые можно назвать по-разному: «наукоград», «полис», «община», «коммуна». Но суть должна быть одна: самоуправление и совмещение креативной и производящей деятельности. Они должны самообеспечиваться и быть достаточно защищенными от агрессивных мафиозных и государственных структур. Защита может быть разной - и политической, и социальной, путем теснейшего социально-культурного сотрудничества с местным населением, даже еще не доросшего до собственно социалистических задач. Социалистические полисы - это Советы, которые уже стали надстройкой над социалистическим сектором. Остальные Советы - это мостик к социализму.

Начинать это движение надо уже сейчас, но в нашей полуфеодальной стране все непросто: тут же набегут бандиты и власти предержащие, стукнут кулаком по столу, и от всех проектов мокрое место останется. Уже сейчас есть «эмбрионы» социальной альтернативы, но они скрыты. Советский проект может создать для их развития благоприятную почву.

Сначала Советы должны начать «командовать» с улицы, «принуждать к миру» чиновников. Если чиновничество окажется под давлением общества настолько, что будет сковано в своем произволе, можно действовать дальше, восстанавливая социальное государство, систему социальных гарантий - хотя бы на советском уровне 70-х годов. Если советский проект разовьется, нам надо будет объяснить людям следующий шаг - создание очагов социализма, социалистического сектора.

К сожалению, возможности для движения по этому пути сейчас хуже, чем в 90-е годы. В свое время многие возможности для политической работы нормальных левых были упущены.

А кто был, на ваш взгляд, «нормальными левыми» в начале 1990-х, когда новая политическая система только формировалась?

Это творческие демократические левые. Они понимают, что социализм не может сосуществовать с авторитаризмом, они считают необходимым анализировать опыт прошлого, чтобы корректировать свои теоретические представления.

В условиях ельцинской фазы реакции возможности для развития «нормальных левых» были неблагоприятными. Были такие проекты - Социалистическая партия трудящихся Вартазаровой и Роя Медведева. Была Партия труда с участием Кагарлицкого, профсоюзов, но этот проект закончился ничем. Левой была и Российская партия зеленых, но она не смогла собрать нужных для выборов 100 тысяч подписей.

Если бы хотя бы одна из этих партий была представлена в парламенте, я, как гражданин, был бы удовлетворен - сторонникам демократического социализма было бы за кого голосовать. Парламентаризм не был бы ущербным. Но этот сектор остался пустым. И дело тут не в организаторах. Когда вы пытаетесь осуществить левый проект - против вас всё. Участие в многопартийной системе требует больших денег - так устроена политическая система. Периферийный капитализм не настроен финансировать нормальных левых. Соответственно, социалистический проект Системой был утоплен.

Кризис и возможный крах периферийного капитализма открывает новый шанс для этого направления. В условиях краха либерализма обществу нужна концепция социализма.  Только социализм может противостоять варварству и этнической бойне.

Мы должны работать над теорией, мы должны четко представлять теорию социализма XXI века. Мы должны иметь организованный актив, но также и связанные с ним интеллектуальные центры. Вот их пока недостает. У нас «бытие опережает сознание».

К слову, о социализме XXI века. В XX веке, в первые же годы власти большевиков, система началась обюрокрачиваться - что во многом ее и погубило, поскольку та же номенклатура в конце века и похоронила СССР. Можно ли избежать такого сценария в рамках социалистического проекта?

Бюрократизация советского общества была в значительной степени предопределена сверхцентрализмом марксистского проекта. Этот результат был предсказан Бакуниным (хотя альтернатива Бакунина была другой крайностью). Социализм XXI века должен учесть этот опыт. Наш путь - это синтез. Демократическое планирование общества, с одной стороны, и самоуправление - с другой. Мы можем избежать бюрократического «перерождения», только если общество будет строиться на основе горизонтальных связей, а вертикальные, управленческо-бюрократические связи будут вспомогательными, сигналы управления будут идти преимущественно снизу вверх, а не наоборот.

В 1917 году Российская революция начиналась как революция самоуправления. Разворот Ленина от революции снизу к революции сверху был совершен весной 1918 года.

А можно ли говорить о народнической альтернативе в 1917-1918 годах? Каким мог быть путь России, если бы именно народнические силы (эсеры и близкие к ним группы) пришли тогда к власти - ведь они контролировали большинство в Учредительном собрании?

Думаю, возможность такого синтеза социалистических идей, жизненно необходимых перед началом «праксиса», был упущен осенью 1917 года. А он был возможен путем коалиции большевиков и эсеров с участием меньшевиков. Возможности формирования такого «однородного социалистического правительства» всерьез обсуждались в июле - ноябре 1917 года. Изучение истории Российской революции убеждает меня в том, что этот путь был бы более благоприятным и для страны, и для революции, и для мира.

При этом я сомневаюсь, что сразу произошел бы прыжок в социализм в 1917 году, но можно было бы подготовить оптимальный путь в социализм. Советский проект - а это был бы именно советский проект - мог бы сэкономить время и силы, потраченные на сталинские катастрофы. При определенных условиях страна могла подойти к решению постиндустриальных задач, создающего предпосылки для социализма в собственном смысле слова, раньше Запада.

Видимо, было бы построено социальное государство со значительными элементами самоуправления (вспомним социально-экономический опыт Югославии). Модернизация осуществлялась бы медленнее, но ведь «оптимальные» планы первой пятилетки составляли меньшевики и эсеры. Этот план был вполне реализуем. Помешала Великая депрессия и экономический авантюризм Сталина. Впрочем, возможно, что представители других идейных течений тоже попали бы в эту же ловушку. Ведь либеральные режимы также проводили модернизацию, нещадно грабя крестьянскую периферию. Возможно, эсеры не стали бы так жестко эксплуатировать крестьянство, проект индустриализации был бы отложен, реализовался бы позднее. Но эта историческая траектория - лишь одна из возможностей. Во всяком случае она давала шанс пройти к социализму уже в ХХ веке.

Сконцентрировав власть, отстранив другие социалистические силы от дела преобразований, Ленин открыл путь к Сталину. Проект Маркса-Ленина в условиях авторитарной России можно было реализовывать только сталинским путем. Другие варианты - и бухаринский, и троцкистский - вели к сдвижке власти от большевиков, к переходу на «латиноамериканскую» траекторию (это было возможно и при рассмотренной выше социалистической альтернативе).

Сталинский путь не привел к социализму, а «лишь» совершил - уродливым и крайне затратным путем - важный этап индустриальной модернизации. Это - тоже результат, и не факт, что другим силам его удалось бы достичь лучше. Тем более что модернизация и создание социального государства доделывалась уже в период «оттепели» и позже.

Выходя из капитализма, народы всегда идут между Сциллой и Харибдой, но при союзе марксистской и народнической идеологий шанс выйти к социализму к 1960-1970-м годам был, а при сталинском варианте, то есть чисто ленинском, неизбежно перетекающем в сталинский, его не было.

Для того, чтобы перевести СССР на рельсы демократического социализма, требовалась новая, антибюрократическая революция. Попыткой такой революции была «перестройка». Но она потерпела поражение. Страна ударилась о барьер новых задач и откатывается, сползает в прошлое, в варварство. Чтобы снова двинуться вперед, нужно вернуться к решению тех задач, которые оказались «перестройке» «не по зубам».


Беседовал Михаил Нейжмаков
Наверх
 
Переключение на Главную Страницу Страниц: 1
Печать